Библиотека интересных телеграм-каналов

Телеграм-канал ElMurid: сообщения от 07.06.2021

Источник
Сообщения канала за 07 июня 2021 года.
У процесса зачистки оппозиции, которую сейчас проводит Кремль, устав изображать из себя либерала и демократа, есть то, что можно назвать «недокументированной» функцией — то есть, скрытые до поры до времени следствия, которые проявятся позже. И будут в чем-то полностью неожиданными как для самого режима, так и для значительной части людей.


***
Миллиардер, владелец "Уралхима" и "Уралкалия" Дмитрия Мазепин заявил, что ни он, ни его компании никогда не финансировали telegram-каналы Nexta. Ранее об этом в своем интервью белорусскому госТВ намекал экс-главред Nexta Роман Протасевич.



В боевой контрпропаганде есть метод, который называется «гнилая селедка». Суть его вполне проста — в адрес объекта нападения выдвигается любое, вплоть до максимально абсурдного, обвинение. Бездоказательное или подкрепленное каким-то легко опровергаемым аргументом. Важно, чтобы оно было звонким, громким и запоминающимся. Чтобы прилипло.

Потом, чуть позже, это обвинение может рассыпаться. Неважно. Важно то, что оно все равно будет ассоциироваться с объектом, который вроде бы чист, но запах будет тянуться.

Необязательно учиться на военной кафедре факультета журналистики, где мастера преподают будущим специалистам основы. Некоторые техники и практики контрпропаганды используются, что называется, на понятийном уровне.

(Кстати, я в свое время тоже попал в такую историю — мне приписали и уголовное дело за налоговые преступления — и в качестве доказательства привели решение мирового суда о каком-то левом админштрафе в целых 500 рублей, и родственника-террориста на том основании, что он и я жили в одном городе — понятно, что все жители Набережных Челнов числом в 500 тысяч, родственники. И теперь нет-нет, но иногда на эту ахинею натыкаюсь)

В случае с Протасевичем и Уралхимом, похоже, ровно та же штука. Неважно, как там было на самом деле, важно то, что обвинение прозвучало. И обвинить-то во лжи вроде бы как некого, ну не узника же белорусского КГБ.

В итоге все всё понимают, но запах остался.